Холодный воздух начал не очень приятно щипать кожу и залезать под спецовку, поэтому парень поспешил её застегнуть. Конечно, погода стояла просто прекрасная — как раз такая, какую все дети ждут на Рождество. Мороз был не сильный, но всё равно от небольшого ветерка Избранный довольно ёжился, как маленький ребёнок без шапки на улице. На лице строителя царила улыбка, почти детская и наивная, которая никак не вязалась с присутствием его сурового спутника Копа. И о нем как раз парень и думал — точнее о его огромной верности работе. Он даже и не предполагал, что полицейский из-за брошенной десятками сотрудников работы не спал ночью. Об этом говорил его усталый вид и об этом сказал сам мужчина, хотя сейчас Эммет нашёл Копа взбодрившимся и даже увидел на его лице тонкую улыбку. Избранный даже на момент усомнился: а действительно ли Винсент так не любит Рождество? Однако, вернулись на нос темные очки - вернулись мрак и серьезность на лицо Копа, и Мастер невольно перевёл взгляд на оживленную улочку. Люди поздравляли друг друга с наступающим Рождеством, несли подарки, смеялись и радовались — неужели это не было самой лучшей атмосферой для того, чтобы поверить в чудеса и этот праздник? Улыбка Эммета расцветала на лице с каждым моментом все больше, а мысли конкретно действий прояснялись. Парню было искренне жалко Копа - если бы у него это спросили, он бы честно ответил - но Мастер чувствовал лёгкое неприятное ощущение из-за его непринятия подарка. Ведь ему так хотелось видеть, как он откроет подарок, как примерит бластер к руке... впрочем, оптимистичный парень не терял надежд — может, отдать подарок ему всё же удастся? Конечно удастся, сколько времени еще! Эммет боялся, что полицейский решит, что его напрасно отвлекают и двинется обратно, к ненужной работе. Кстати, о работе... точнее, о рабочем месте. Как он сказал? Праздник превратил его место во вторую Заоблачную Страну?
«Кисонька!»
Неужели и она подарила Винсенту подарок? Ведь принцесса Заоблачной Страны после разгрома родного дома только и делала, что грезила о ней, всё мечтала вернуться на несуществующие ныне облака и снова веселиться. Впрочем, веселилась Кисонька и в Кирпичграде, но здесь ей было не так тепло, как в родной Заоблачной Стране. И всё же это очень сумасшедшая и прекрасная идея — подарить частицу радуги и родного дома Копу! И почему он только не оценил?..
— И что дальше?
Эммет задался тем же вопросом. В принципе, у него был намётанный план действий. Подняв голову и всмотревшись в соседние дома, парень махнул рукой, приглашая следовать за ним, и бодро зашагал вперед, наслаждаясь скрипом снега под ногами. Он сунул начинающие замерзать руки в карманы и внезапно остановился на месте. Тонкий, манящий аромат кофе обворожил его, из-за открытых дверей кофейни доносились запахи булочек, пряников с чудной кремовой росписью, хрустящего хвороста, шоколадного, песочного и кремового печенья, перед которым ни один взрослый не устоит; Эммет чувствовал запах пирожных, совсем не обделенных кремом и чудесной присыпкой из корицы, запах свежего, еще горячего пирога с ягодной начинкой и конечно же аромат тонкого теста круассанов, которые пользовались во всём городе огромным спросом. Вдохнув сумасшедший колорит запахов полной грудью, от которого, казалось, могла пойти кругом голова, он улыбнулся и обернулся к Копу.
— М-м-м, думаю, я знаю, куда нам следует зайти сначала!
И он почти с детской радостью указал на вывеску и двинулся к заветной двери кофейни. Только он вошёл, и от яркого теплого света ламп, гирлянд и блеска мишуры ему почти унесло голову от радости и моментального счастья, озаряя всё вокруг улыбкой, Эммет засмотрелся на прилавок, и, вкупе с запахами, которые были настолько густы, что их словно можно было пощупать, и ощутил, что если бы был в состоянии, вообще бы никогда отсюда не ушел. Это место было так пропитано атмосферой Рождества, так настраивало на праздник, что строитель невольно взглянул на Копа, всей душой надеясь, что ему здесь понравится.
Не смотря на предпраздничный день, очередь была небольшая, и Избранный мог вполне насладиться разнообразным товаром на прилавке за стеклом.
— Только глянь, сколько тут рождественских огромных пряников! В обычный день ты таких не увидишь!
Не скрывая своего восхищения, парень буквально прилип к стеклу и изучал каждый пряник, словно тот был произведением искусства. Он даже не заметил, когда подошла его очередь, настолько увлекся. Подойдя к кассе, Мастер заказал самых разных пряников, два кофе и пару булочек, подумав, что круассаны не обязательны. Оплатив, парень отдал второй пакетик с пряниками и кофе Копу и вышел на улицу. Кофе оказался просто сказочным, а огромные пряники в виде елочек, покрытые шоколадной глазурью, были восхитительны на вкус. Весело шествуя по улице, лопая пряники и запивая их обжигающим кофе, Эммет показывал на украшенные двери, окна и сами улицы, на снеговиков и на валяющихся по уши в снегу детей, на украшенные яркими гирляндами ёлки. Он даже прихватил у какого-то паренька ёлочную ветвь и задорно помахал ей перед Копом.
— Прекрасный праздник ведь! Никогда не увидишь кирпичградцев такими радостными, веселыми и стремящимися к тёплому дому, к семье. Вот улицы украсили, окна, двери, даже обвили снеговика гирляндой, — строитель хихикнул, смотря на неуклюже построенного кривоватого стража улицы с морковкой вместо носа и хвойными ветвями вместо рук. — Чего только можно не делать в этот праздник... но уж точно не работать.
Эммет сделал глоток кофе и всмотрелся в улицу. Сфокусировав взгляд, он увидел огромную ель, еще не полностью украшенную и сверкавшую яркими огоньками гирлянд и свечей. Сказать, что она поразила Мастера - ничего не сказать. Словно из сказки, лесная повелительница гордо раскинула ветви, будто бы приглашая украшать её. А сколько под ней было блестящих коробок, ума не приложить! Эммет понимал, что то был муляж, но от одного его праздничного вида становилось так радушно на душе, словно все эти подарки источали радугу. Парень откусил пряник и зашагал к огромному символу праздника, смотря, как по мере приближения верхушка все отдаляется, а он сам будто становится всё меньше и меньше. Ель... она была прекрасна! От нее пахло лесом и хвоей еще издалека, а прямо рядом аромат становился опять же густым и словно тягучим, как мёд. Эммет взглянул на парней, активно украшающих дерево на стремянках. Огромные коробки с игрушками, что было удивительно, стояли на ветвях — видно, большую часть развесили, и осталась самая малость. Избранному вдруг взбрело поинтересоваться, как у них идет работа.
— Эй, как дела?
Конечно, Эммет ожидал, что парень отвлечется на него, но не думал, что тот начнет стремительно терять равновесие. Внезапно строитель испугался, но руки у него были заняты пакетиком и кофе, а подмышкой был подарок. Но парень на стремянке резко выпрямился, вроде стал ровно и схватился за ветвь, переводя дух и шепча что-то вроде "ох уж этот герой-Эммет". Работник пошатнул ветку с коробкой ёлочных игрушек и она поехала вниз, переворачиваясь. Глаза Избранного расширились от испуга, и он даже приоткрыл рот, но тут же сделал обратное и согнулся, уронив пакет и кофе в снег, и прикрыл голову одной рукой, а второй прижал подарок к груди.
Град шаров пришелся по обоим равносильно, и было их достаточно много — повезло, что не стеклянные. Слыша, как шары и рельефные игрушки гремят друг о друга и падают вниз, парень инстинктивно закрыл глаза и перестал дышать. Определенно, зря он того паренька спросил о его делах... тот же стоял на стремянке и пугливо схватился руками за голову, смотря на водопад из шаров, падающих вниз. Когда наконец упал последний шар, Эммет разогнулся, ощущая, как неприятно побаливают места попаданий игрушек. Хотя, это было не очень больно, но вовсе не приятно. Кофе был безвозвратно пролит, а пряники лежали в пакете, правда, слегка помятые. А вот подарок, который парень невольно прижал к груди, остался цел и невредим. Эммет взглянул на Копа, продолжая прижимать коробку к груди и улыбнулся, чтобы хоть как-то разрядить обстановку.
— Ух, классно, — Избранный провёл рукой по волосам и очень громко выдохнул.
